December 1st, 2020

  • maksa55

КОЛЛЕКТИВИЗАЦИЯ...-БЕСХОЗЯЙСТВЕННОСТЬ ЕЙ ИМЯ.

Коллективизация – бесхозяйственность ей имя. И ДОКУМЕНТ.

Публикация получается довольно большая, поэтому нелишне предварить её маленьким планом-оглавлением.

1. Состояние зернохранения и зерноторговли до большевиков
2. Принципиальное отличие производства и закупок зерна при «социализме»
3. И как это отличие обернулось пятилеткой Всесоюзного Голодомора
4. Документ

Кому не хочется много читать, начинайте прямо с ДОКУМЕНТА

1. В начале XX века на долю Российской империи, страны в основном крестьянской, приходилась четверть мирового экспорта зерна. Ежегодно 15–18% всех хлебов, собранных на российских полях, экспортировалось за рубеж, преимущественно в страны Западной Европы. Устойчивость госбюджета царской России прямо зависела от успехов хлебного экспорта, налоги и таможенные сборы с которого обеспечивали до половины всех поступлений в казну.
Громада Новороссийского силосного амбара-элеватора своим каменно-металлическим телом и сейчас, в наш век высоток и небоскрёбов, производит сильное впечатление. К моменту своего ввода в строй в 1894 году Новороссийский элеватор по большинству показателей превосходил не только все подобные объекты в Российской империи, но и на всём континенте, немного уступая, правда, Чикагскому элеватору в США.



Инженер Шенснович использовал для строительства электростанции, которая снабжала энергией всё сооружение, изобретение М.О. Доливо-Добровольского — трехфазный генератор переменного тока. Это была единственная промышленная электростанция подобного типа в мире на тот момент. Кстати, всё основное электрооборудование было изготовлено на месте силами новороссийских техников и рабочих. Новороссийский элеватор представал перед зрителями промышленным левиафаном. В итоге на рубеже 19-го и 20-го веков через него проходило три четверти всего экспорта российского зерна.https://topwar.ru/145169-novorossiyskiy-elevator-istoriya-voyn-i-hleba.html

В 1910 году Российской империи крупно повезло – высокий урожай хлеба совпал с недородом у конкурентов и пиком цен на сельхозпродукцию в Европе. Российский экспорт пшеницы в том году составил 50,7% от общемирового и обернулся щедрыми поступлениями в казну – стоимость проданного за рубеж хлеба составила 86% от всего отечественного экспорта. На гребне такого успеха царский минфин подсчитал, что выручка могла бы быть еще больше, имей страна современную сеть элеваторов и зернохранилищ. Но емкость всех хранилищ зерна в стране не превышала 159 млн пудов при потребностях минимум 300 млн. С элеваторами, т. е. механизированными зернохранилищами, дело обстояло печальнее – при потребностях 150–175 млн пудов наличная емкость была на порядок меньше, около 17 млн.
К весне 1911 года Госбанк принял программу по строительству 84 новейших элеваторов. Первый элеватор из них, на станции Грязи (ныне Липецкая обл.), заработал уже в ноябре 1912‑го.
До ПМВ (т.е. в течение 3 лет) Госбанк успел ввести в эксплуатацию 26 элеваторов согласно принятой программе и запланировал к постройке еще 300. Однако в июле 1915 года зернохранилища Государственного банка по приказу свыше прекратили прием частных грузов, чтобы полностью перейти на обслуживание нужд армии и фронта.

2. Об ужасах ленинской хлебной политики в период «военного коммунизма» в этой публикации говорить излишне. Всё-таки это был период тотальной глупости и остервенения новой власти. А вот 30-е годы с их «стабилизацией» режима и политикой коллективизации более показательны для характеристики советской экономики вообще. Экономики, где единственный хозяин и монополист всего – государство, а значит, конкретного хозяина и вовсе нет.

Обратим внимание: хлебный экспорт в РИ занимал менее 20% всего хлебного сбора в стране. Теперь хлебный экспорт полностью в руках государства, как и вся хлебная торговля, как и весь хлебный сбор, кроме тех крох, что оставались на пропитание семьи колхозника. Элеваторы в РИ, конечно, строились для хранения и переработки экспортного зерна (лучше сохранишь-дороже продашь) и зерна для внутренней торговли хлебом.
И хотя количество элеваторов в РИ нужно было увеличивать, но для основной части населения, жившей в значительной мере на самообеспечении (это 80% крестьянства) недостаток больших торговых хранилищ не был критичен, так как у каждого нормального крестьянина построена своя инфраструктура с этой целью: рига, гумно, амбар… Зерно всяко сохранится - есть ли крупные хорошо оборудованные общественные/государственные зернохранилища, нет ли их.

Каков принцип новой, колхозной организации хлебного дела? Согласно Уставу «сельхоз артели»,  артель в самую первую очередь несёт обязанности перед государством, выполняя навязанный ей план. И сдает плановый объем выращенного зерна (сколько бы ни выросло, урожай или неурожай) согласно плановым цифрам по «заготовительным» и закупочным ценам, спущенным сверху. Эти цены не имеют никакого отношения к спросу-предложению, к цене продаж в советской гос.торговле. Сравнение прейскурантов закупочных и государственных розничных цен 1930-х годов показывает , что разница между ними хорошо, если была десятикратная, порой разница достигала 100 крат. Остальное, что после выполнения плана останется – всё ваше. А если не останется – то и проблемы ваши. То есть государство стало таким сверхэксплуататором крестьянского труда, что и при крепостничестве трудно было бы вообразить.

3. Это всё не могло не обернуться Всесоюзным Голодомором продолжительностью почти в целую пятилетку 1930-1934. Украинцы просто нагло приватизировали понятие Голодомор, хотя не было места в СССР, где бы не узнали, что такое смертельный голод, так что - Всесоюзный.
И хотя малых конкретных причин Голодомора была не одна, принципиальной всеобъемлющей причиной была единственная – бесхозяйственность. Где нет собственника, Хозяина с большой буквы, который день-ночь не спит, трясётся за свою собственность, там вот такое и происходит.

Итак, выше я отметила, что каждый крестьянин в РИ имел в своём хозяйстве необходимую инфраструктуру для хранения зерна. Амбары и лари, куда он, естественно, заглядывал чуть не ежедневно с проверкой – не сожрали ли мыши, не грызёт ли жук – и своевременно принимал меры. Кто может представить хозяина, ведущего себя иначе? Я не могу. К тому же крестьянин, если и продаёт своё зерно, то в любое удобное ему время, процесс может длиться целый год. В колхозах закупка зерна и засыпка на хранение проводились как единовременная кампания - всё и сразу завалить в хранилища. Аврал!

В результате коллективизации, особенно в начале её, государство получало от колхозников основной объем урожая зерна, оставляя им только крохи. (В то время как прежде основной объем урожая крестьянин оставлял на прокорм семьи, продавая только подлинно «излишки». ) Итого объемы зерна в «закромах родины» выросли неимоверно. А количество зернохранилищ настолько не выросло. Но оставлять зерно в испытанной хранилищной инфраструктуре крестьянского хозяйства государство не собиралось – эту инфрастуктуру фактически отменили, а адекватной по объему государственной еще не создали.
И что с того, если со временем достаточную инфраструктуру действительно создадут? Погибшим от голода это будет уже всё равно.

4. А теперь ДОКУМЕНТ.

Collapse )